Маэстро Владимир Гришко: Верьте в себя и пейте таблетки пофигизма

Бог оперы, маэстро, величайший украинец, ученик Лучано Паваротти и друг Монсеррат Кабалье.

В эксклюзивном интервью для глянцевого журнала Persona.top с мэтром мировой оперной сцены Владимиром Гришко мы говорили о земном и возвышенном, десяти секретах Паваротти, о черной зависти и шарлатанстве в украинском шоу-бизнесе, Майдане и АнтиМайдане, а также пятилетнем геноциде украинского народа.

А еще о том, что оперная звезда – это комок огня, который летит и палит все вокруг, в том числе и себя.

Его удивительная история успеха вдохновляет и показывает, каким необыкновенным и ярким может быть мир вокруг, если ты научился не фальшивить и говорить правду самому себе.

Маэстро провел много времени за границей, выступая на лучших оперных площадках мира. Это Нью-Орлеанская, Пражская и Мариинская оперы, Нью-Йорк Сити Опера, Мичиганский оперный театр, опера Сан-Франциско и Национальная опера Финляндии…

В лучшем театре в мире Метрополитен-опера на первых партиях он отслужил почти двадцать лет.

Вошел в Книгу рекордов Гиннеса как единственный за всю историю Украины певец, который 46 раз вышел на первую сцену мира в главной роли.

Маэстро с особым трепетом и восторгом вспоминает дружбу и сотрудничество с такими выдающимися персонами, как Лучано Паваротти, Монсеррат Кабалье, Франко Дзеффирелли, Андрей Кончаловский, Фабио Армилиато, Джеймс Ливайн, Валерий Гергиев.

Его друг Михаил Воронин, приодевший украинцев в шикарные костюмы, сказал ему: «За успех нужно бороться каждый день».

Вот я и борюсь, то есть продолжаю бороться, – наша встреча проходит в столичном бутик-отеле “Опера”, роскошь и теплый комфорт которого способствуют занимательной беседе.

– В это философское выражение, наверное, вы вкладываете и кропотливый труд. Сколько раз в день вы занимаетесь вокалом, как построены ваши репетиции?

– Буду с вами откровенен. Я уже настолько отзанимался вокалом и оперная школа сидит во мне настолько глубоко, что разбуди меня ночью – возьму самую высокую ноту. Мой голос всегда готов и всегда в технике.

– Я читал, что у вас диапазон две с половиной октавы? 

– Да, две с половиной, я исполняю репертуар баритоном. Пою в оригинале, как пел мой легендарный кумир и идол Муслим Магометович Магомаев. К слову, через пару недель мы уезжаем в Витебск на “Славянский базар” с программой «Ты моя мелодия».

Очень рад, что в Украине этот проект прошел шикарно, оказавшись востребованным. Я всегда говорил, что Магомаев не принадлежит одной нации, он принадлежит всему человечеству.

Мне очень близок этот образ, потому что, еще будучи юнцом, заслушивался песнями Муслима Магомаева и уже тогда мечтал, чтобы когда-то мне позволили спеть его репертуар.

– А вы лично с ним знакомы?

– Я его встречал в Киеве, когда он приезжал к нашему выдающемуся журналисту Дмитрию Гордону на музыкальный вечер во Дворце культуры Украины. Когда в 90-х я уехал в Нью-Йорк, то мы переговаривались только по телефону. У нас был проект сделать совместный концерт, но, к сожалению, не удалось. Нужно все успевать делать вовремя – это залог успеха.

– Двадцать лет вы прожили в Нью-Йорке. Как было принято решение на такой длительный период уехать из Украины?

– Было решение вообще иммигрировать. После ГКЧП в 1991 году мне предлагали вид на жительство в Майами, но я отказался. Вместо этого победил на конкурсе в Вашингтоне, там же встретил импресарио, который тут же предложил контракт с Кеннеди-центр и главную роль в «Царской невесте».

Тогда за пультом стоял сам Мстислав Ростропович, а его супруга Галина Вишневская была режиссером. Вот это был опыт! Вот это было счастье для юнца поработать с эпохальными легендарными личностями!

В следующем году была инаугурация Билла Клинтона, и президент пришел на мой спектакль. В этот день я исполнял главную роль американского офицера Франклина Пинкертона в постановке «Мадам Баттерфляй».

Обычно такие роли отдают американцам, а тут… неожиданно появляется украинец!

Все это было очень значимо для меня… и все-таки я не остался в Америке, а спустя годы вернулся на Родину, в Украину.

– Известно, что вы поддерживали теплые отношения с легендой мировой оперной сцены Монтсеррат Кабалье. В Киеве у вас был совместный концерт. Чем запомнилась вам оперная примадонна? 

– Во-первых, я очень похож на ее мужа. Во-вторых, она знала меня по Нью-Йорку, по Метрополитен-опера, когда Владимир Гришко из Украины входил в пятерку лучших теноров мира, и, конечно, она обратила на меня внимание.

И вот когда в Украине ей предложили сольный концерт, то она спросила: «А где ваш мистер Гришко? Я хотела бы с ним спеть!».

Без ложной скромности не будем говорить о других коллегах, которые просились к ней в дуэт… Для меня была большая честь, что сама Королева оперы вызвалась петь с Гришко.

Помню, как Киев ревел, как взрывался от восторга.

Она мне прислала очень сложный репертуар – дуэт с «Федоры». Я его выучил и великолепно справился.

Когда мои маленькие дети сидели в зале, они говорили, что Монсеррат Кабалье – это копия бабушка, т.е. моя мама.

Да, с уходом великой Королевы, думаю, что опера прекратила свое существование. Я искренне так считаю. Вечная ей память!

– Какую роль отыграли все эти грандиозные артисты в вашей жизни? Какой самый главный отпечаток они наложили на вашу карьеру?

– Я стал маэстро. Лучано Паваротти вручил мне этот титул. Я его последний ученик, в которого маэстро Паваротти вложил всю свою душу.

У него гастроли расписаны на десятки лет вперед – вся Европа, Африка, Австралия. Он не всюду выезжал. А ко мне приехал.

Никогда не забуду, когда приземлился его чартер, мне разрешили въехать на взлетно-посадочную полосу на “Мерседесе”. Я влетел к трапу, а он говорит: «Дорогой Владимир, я так тебя ждал!».

Мы обнялись. Потом была конференция, а после концерта он подарил мне титул маэстро.

Очень благодарен и украинским педагогам – это Владимир Александрович Запорожцев, который наставил меня на путь истинный, не поломав голос и меня. Это народные артисты Зоя Петровна Христич и Владимир Тимохин.

Но, конечно же, постиг все тонкости только тогда, когда прошел школу великого маэстро Паваротти. Я узнал 10 секретов Паваротти.

– Можете рассказать о них?

– Детально о них я буду рассказывать в своей академии, которая 1 сентября откроется в Харькове при поддержке мэра Геннадия Кернеса и областного совета. Там выделено помещение, сделан ремонт, и теперь в этой академии будут учиться талантливые дети из сиротских домов, дети участников АТО, которые будут иметь возможность выйти на большую сцену.

Мои академии работают в Китае, в Америке, но в Украине – это первая. Она бесплатная, за бюджетные деньги.

Так вот, там я и раскрою секреты постановки голоса. Если коротко, то важно знать, как формируется детский голос, каково положение кадыка, позиция зевка, дыхание…

Обычно тенор после сорока лет “falling apart like a tree”, т.е. разваливается как елка. Представьте, вот есть зеленая елка, потом она раз… и обсыпалась!

Секрет долголетия моего пения – это школа Лучано Паваротти.

Эти уроки были очень и очень дорогие и в материальном, и в духовном плане. Вспоминаю, как я стоял за кулисами, смотрел на него завороженно, находясь в каком-то чародействе. А он видел меня боковым зрением и говорил: «Учись, учись!».

Было так, что утренний спектакль «Тоску» пел Лучано Паваротти, а вечером Гришко исполнял «Хованщину». Это великая незабываемая история!

Рядом с такими великими людьми я понял, что не зря родился, что не зря пришел в этот мир. И что-то уже оставил.

– Мне хотелось бы узнать, как воспринимает, как приветствует американская и украинская публика маэстро Гришко? Есть ли разница?

– Особой разницы нет, так как зрители по-одинаковому, моментально чувствуют фальшь на сцене. Есть такое понятие, как «body language». Помимо того, что ты поешь, разноязычные люди понимают, о чем ты поешь.

Артист должен оправдывать каждое свое движение на сцене. Как мы действовали с режиссером Франко Дзеффирелли? Он говорил: “Вы делайте, а я буду говорить – верю или не верю”. Как у Шекспира: to be or not to be. А здесь, на сцене, было: «believe you or not believe you».

Что интересно, на Западе совершенно другая градация понятия “звезды”. В Украине – все звезды, от востока до запада. Они подцепили где-то звездную пыль под фанерой, и все – они уже великие…

На Западе такого не бывает. Там за каждую позицию нужно бороться. Вот вы представьте себе, что только в Нью-Йорке четыре тысячи обладателей сопрано. Когда я работал, то эти четыре тысячи… были безработными.

С тенорами было полегче, потому что их нет. Обычно тенора маленькие и толстенькие. А вот высокого, стройного под метр девяносто ростом с понятием, что он делает, со знанием языка, найти сложно. В общем, мы можем долго говорить о музыкальной политике. И если ты не знаешь, как в этой политике жить, то ты быстро закончишься.

– В ряде интервью вы говорили о закулисной грязи, что в оперной среде нет дружбы, только зависть. Грязь, я так понимаю, никуда не делась? 

– В Украине с оперной сцены я ушел из-за зависти. И когда мне вручали наивысшую в государстве награду, национальную премию имени Тараса Шевченко за мои достижения на Западе, то почти все оперные певцы написали президенту, чтобы мне не давали это звание.

К слову, полученные деньги я перевел на восстановление алтаря храма Святого Пантелеймона и реанимации детской больницы.

– Та же зависть?

– Большая украинская коричневая с зеленым отливом жаба. Понимаете, в украинском шоу-бизнесе, если говорить шире, много лузеров. Так вот, музыкального лузера я вижу сразу, читаю насквозь, определяю по глазам, насколько востребован или не востребован любой артист.

– А мошенники среди артистов есть? Вы понимаете, что я вкладываю в это понятие… Это не совсем состоявшиеся, которые выдают себя за великих артистов…

– Ну, конечно, есть! У нас мошенник на мошеннике. Он кричит и бьет себя в грудь, что лучший, но при этом никогда живую ноту на сцене не спел. Впрочем, к этому нужно относиться спокойно, философски.

– Недавно по приглашению шейха Дубаи Мохаммеда Аль Мактума и руководства Emerald Palace Kempinski вы выступали перед представителями 16 коронованных семей. Мохаммед Аль Мактум сказал, что «голос Гришко звучит, как рассвет в Дубае». Расскажите, как в ОАЭ принимали украинских музыкантов?

– Уже подписан следующий контракт, но нас оценивали критики, которые не всегда хорошо пишут о разных мероприятиях. Выступление украинского молодежного эстрадно-симфонического оркестра маэстро Гришко прошло на высочайшем уровне, и мы получили наивысшую оценку – 5 звезд. Весь проект был блестяще организован моим артистическим директором Хельгой Краус.

Вы спросите, как петь перед коронованными особами? Чем их можно удивить? Багратионы, Романовы, принц Монте-Карло, шейхи, короли, эмиры. Но наш оркестр с дирижером Виталием Физером удивил, прежде всего тем, что мы привезли талантливый молодой состав до 20-30 лет, собрали всех виртуозов. Даже тех, которые уже были на чемоданах, чтобы уехать из Украины навсегда.

Мы убедили этих музыкантов, насколько важно показать Украину на высшем уровне.

Петь перед шейхом – это большая ответственность, но я вышел и представил себе, что они – мои друзья и любят меня. Вышел с улыбкой, в полный рот и начал петь…

– Каждому хочется достичь в своей сфере больших высот. Музыка, спорт, журналистика, фото. Чтобы вы посоветовали, чтобы состояться? 

– Очень интересный и очень сложный вопрос. Потому что достичь совершенства в шоу-бизнесе или других сферах очень сложно, существует большая конкуренция. Но победит и добьется успеха тот, кто не будет изменять и лгать самому себе и своим принципам.

– Т.е круглосуточно работать недостаточно, правда ведь?  

– Недостаточно. Если внутреннее чутье подсказывает, что это не то, что это налет и пена, тогда нужно разворачиваться на сто восемьдесят градусов и действовать нестандартно. Например, собрать чемодан и уехать отсюда, получить там опыт, как это сделал я. Объездить все конкурсы, собрать все награды, оценить, что и по чем, и что немаловажно – научиться проигрывать.

Вы знаете, я до сих пор не умею проигрывать, не могу научиться, потому что лев и огонь. Если бы не был такой фурией на сцене и в жизни, то не добился бы такого признания.

Я благодарен своей жене Татьяне, не знаю, как она все это выдержала. И тем не менее мы скоро празднуем 20-летие супружеской жизни.

Оперная звезда – это комок огня, который летит и палит все вокруг. И себя тоже палит. Но она выдержала. И я ей очень благодарен.

Как сказал великий мудрец: «Все проходит, и это пройдет». Нашей молодежи посоветовал бы еще научится проигрывать, а затем снова идти и побеждать.

– Вы неоднократно заявляли, что в Украине опера никому не нужна, в отличие от России, где ее спонсирует «Газпром», что позволяет делать это искусство разнообразным, без клише, и доступным… В свое время вы предложили решение: чтобы каждая из шести железных дорог взяла под свой патронат один из оперных театров. Почему состояние оперного искусства настолько жалкое в Украине? 

– Действительно жалкое. У нас очень много молодых талантливых оперных певцов, режиссеров, дирижеров, музыкантов, но, к сожалению, они не востребованы. Чтобы молодому исполнителю пробиться на сцену оперного театра, нужно пройти конкурсы, прослушивания. Я не хочу сказать, что обязательно через диван – нет, но нужно убедить руководство, чтобы они уволили пенсионерку, которой 75 лет.

Так вот, как убедить руководство, что народной артистке, которая когда-то действительно была великой, нужно уйти на пенсию? Как? Да никак! Вот и получается, что молодежи дороги на сцену нет. Нет и не будет.

Когда я был внештатным советником президента Виктора Ющенко по культуре, то предлагал контрактную систему. Если артист уходит, то ему нужно дать повышенную пенсию, чтобы он достойно себя чувствовал и ему не надо было работать, а только учить детей. Но этого же нет, государство об этом не думает. Пробиться сейчас на сцену можно только через дальние контракты из-за границы…

– Виктор Ющенко был вашим кумом, когда вы работали у него советником в 2005 году. В каких вы отношениях сейчас с ним?

– Двадцать лет мы кумовья, но моего сына он видел только один раз, когда крестил. Не обижаюсь, потому что Виктор Андреевич видный политик и он очень занят. Наверное, таких кумовей, как я, у него десятки.

Когда Ющенко руководил Национальным банком, то попросил меня выступить с благотворительным концертом. В свою очередь я попросил Виктора Андреевича крестить моего первенца, и он сказал «залюбки». Он прекрасный человек, патриот, он вошел в историю, но после этого мы с ним больше ничего общего не имели.

– А какие у вас были отношения с Виктором Януковичем?

– С Виктором Федоровичем я встретился один раз на инаугурации. А перед этим, как почти все украинские артисты, поехал со своими музыкантами за него выступать в его избирательной кампании. Это был не один Гришко, а больше ста украинских артистов разного уровня и с разными, конечно же, гонорарами.

– Оцените, пожалуйста, деятельность Петра Порошенко в должности президента, дайте оценку событиям на Майдане, а также что мы получили после расстрела Небесной Сотни?

– Очень сложный и болезненный вопрос для всех. Тут лукавить не буду, так как формат журнала общественно-политический, уважаемый и правдивый. Правовую оценку бывшему президенту Петру Порошенко я не имею права давать. Пусть это сделают компетентные органы в ближайшее время, как это было обещано новоизбранным президентом Владимиром Зеленским.

Одно хочу сказать, что все эти 5 лет я находился во внутренней эмиграции. Я был вынужден уехать после Революции Достоинства. Уехать из той страны, в которой имел смелость высказать свое мнение на происходящие события на АнтиМайдане в Мариинском парке. Тогда не только я один, а десятки певцов и коллективов высказались против трагического и жалкого будущего Украины, но «козлом отпущения» был назначен Владимир Гришко.

Но извольте! Видит Бог, я с чистыми помыслами выступил с призывами за единую Украину перед украинскими гражданами, которые с украинскими паспортами, а не перед сепаратистами. Они были такими же гражданами, как и те, которые стояли на Майдане.

Но я тогда еще не знал и не мог предвидеть, что впоследствии получу такую больную реакцию. За добро мы почему-то часто получаем зло. Как поется в песне: “Кто людям помогает, тот тратит время зря. Хорошими делами прославиться нельзя”.

Очень плохо, что в Украине человека принуждают высказывать только одно мнение – то, которое выгодно власти.

– А где вы были эти пять лет?

– Ездил по всему миру. В России, как делают многие украинские исполнители, не выступал, хотя меня приглашают до сих пор. В Украине мне неоднократно блокировали выступления, срывали концерты, продолжая насаждать ненависть украинцев друг к другу. Но – еще раз повторюсь – за что?!

Мы же находимся в демократическом обществе. И мне важно было, как и другим тысячам украинцам, предупредить неизбежное кровопролитие! Ведь на Западе, в Европе нет кисельных рек и стены не намазаны медом – там нужно пахать с утра до ночи.

Я заявил, что у нас два Майдана и одна правда. И один, и второй желали жить лучше, но все мы тогда не понимали, как сделать это лучше. В тот момент нужно было десять раз взвесить, а потом отрезать.

Вспомните, как тогда, в 2014 году, доллар был по восемь гривен, была промышленность, средние зарплаты по 400 долларов, газотранспортная система приносила в бюджет по 3 миллиарда дохода каждый год, а это половина пенсионного фонда.

Сейчас трубопровод хотят выкупить за гроши, бессовестно вывозят в Европу наши леса, европейцы взамен на безвизовый режим получили дешевую рабочую силу, а также хотят отобрать самое последнее и самое кровное – землю.

Что украинцы еще получили? Возможность продавать по небольшим квотам сено, так как больше мы ничего не можем продать – их рынки закрыты для Украины. Да и сама продукция не конкурентная.

Этот пятилетний геноцид против своего народа будем расхлебывать еще лет двадцать.

Я очень уважаю украинский народ, украинскую землю, чрезвычайно мелодичный язык и душевную песню. Горжусь быть гражданином Украины. У меня нет трех паспортов, как модно у депутатов. Вместе с тем ненавижу то государство, которое целенаправленно уничтожает собственный народ.

Когда нам рассказывают о якобы многочисленных достижениях уходящей власти, а на самом деле в семьях, где по несколько детей, нечего кушать, ты понимаешь, что за 28 лет существования Украины это была самая позорная и человеконенавистническая власть.

Представьте. Вечер. Среднестатистическая семья и наша украинская реальность. Эти дети постоянно подходят к холодильнику, думая, что там появилось что-то вкусненькое. Дверцы этого холодильника хлопают, а родители, слыша эти звуки, ничего изменить не могут, и у них обрывается сердце.

Мы дожились до того, что зимой в поселке отключают газ, а пенсионеры приходят под Верховную Раду и просят, чтобы депутаты рассмотрели закон об эвтаназии.

Недавно в Киеве встретился со своим старым приятелем, который раньше очень хорошо пел и был известным – у меня шок. Он вынужден таксовать на своей “евробляхе”, чтобы прокормить семью, и уже забыл, когда выходил на сцену. Это еще одна трагическая грань, когда артисты, которые не востребованы в Европе и которые не уехали в Россию, вот так существуют.

Касательно всего этого страха, хочу сказать, что счастлив и горжусь украинским народом и что третий Майдан, которого все ждали, не состоялся. Вернее, он прошел бескровно в интернете и на выборах нового молодого президента. Я еще больше зауважал ту страну, в которой живу и работаю.

– Как вы оцениваете участие украинских звезд в политике? Например, “Голос” Вакарчука – ведь это технический проект? Кто через его политическую силу может попасть в парламент и как это может навредить украинскому народу?

– Вы знаете, меня научил маэстро Паваротти никогда не говорить плохо о своих коллегах. Не имею права тоже самое делать о Святославе Вакарчуке как о политике, я только могу сказать, что он великий патриотический певец, очень грамотный музыкант.

Он один из немногих, кто собирает стадионы.

Скажу только, что Святослав уже был в политике, я желаю ему на этом поприще успехов. Он правдоруб, говорит все, что думает.

Чем мне импонирует и наш новый президент Владимир Зеленский. Он не пропустит лжи, и то, что он пообещал украинскому народу, выполнит. Приведет к ответственности всех, которые нас ограбил, кто взял преступные миллиардные кредиты и вывел их в офшоры. Украинцы этого ждут и верят, что так и будет, что придет весна и начнут сажать, а также наши граждане будут серьезно контролировать выполнение обещаний новой власти.

– Как, по-вашему, восстановить Украину во всех отношениях? 

– Это тревожит всех, ведь двадцать четыре области проголосовали за мир, который является ключом ко всему.

Есть поговорка, что лучше плохой мир, чем добрая ссора. Поэтому в первую очередь нужен диалог для достижения мира. А затем восстановление экономики.

Для примирения украинцев также важно добиться правды в событиях 2014 года. Кто послужил спусковым крючком для кровопролития?  Кто расстрелял Небесную Сотню? Кто привез в Киев снайперов? Кто сдал Крым без единого выстрела?

– Вспомним про еще одну кровоточащую рану – одесскую трагедию, когда людей сожгли живьем в Доме Профсоюзов. Восстановление полной картины событий важно для того, чтобы украинцы могли двигаться дальше… 

– Я часто бываю в Одессе с концертами. Одесситы говорят, что то, что случилось 2 мая, Одесса никогда не забудет и не простит. Вот в чем трагедия…

– А скажите, улицы имени Степана Бандеры, Романа Шухевича возможны в Одессе?

– У каждого свои герои. И Степан Бандера, и Роман Шухевич, и Маршал Жуков – герои. Это когда две правды сходятся на одной дороге и нельзя разойтись.

При этом Украина должна быть единой и целостной. Но украинцы воевали за разные правды. У меня в коллективе есть звукооператор Валера, который помнит, что ему дед рассказывал, как к нему домой пришли сотрудники НКВД и топили его родственников в колодезе.

А мой отец Данила горел в танке под Курской дугой, подбив четыре вражеских. Получил два красных знамени.

Он пылал, у него полчерепа горело, а он тянул своих полумертвых товарищей наружу, чтобы они не сгорели в танке до углей. Падал, терял сознание, и тут к нему подходит фашист, встает над ним и начинает тушить его мочей. Когда мне этот эпизод отец рассказывал, мне хотелось этому фашисту оторвал все до предстательной железы. Как это может быть стерто в моей памяти?

Вот почему я свято чту праздник 9 мая. Никогда не пропускаю мое ежегодное выступление на лучшем телеканале Украины «Интере», отказываясь от любых контрактов и перелетов. Я так пою, что у людей мороз по коже поднимается. Я вспоминаю отца…

– В заключение хотел бы попросить вас сказать добрые слова читателям журнала Persona.Top. Во что нужно верить и как жить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы?

– Я бы пожелал всем украинцам духовного, физического и материального здоровья. Пожелал бы также стать материалистами, а ценить сиюминутное счастье – которое здесь и сейчас. Это то состояние, которое не купишь ни за какие деньги. Это внутреннее здоровье и внутренний покой.

Я родился на Сталинке, на автовокзале на Демеевке, коренной киевлянин. И вот вспоминаю фразу, которую мне сказал один криминальный авторитет: «Владимир, спокойствие стоит очень дорого!».

Верьте в себя, не отчаивайтесь, мысленно принимайте таблетки пофигизма. Лично я не включаю эти зомбоящики, олигархические каналы, где пропагандируется геббельская идеология. Вспомните, что доктор Геббельс говорил про брехню, которую скажете один раз, потом два и три, а на сто первый граждане признают, что это правда. Так вот к этой неправде, которая лезет изо всех щелей, нужно выпить пару таблеток пофигизма.

АВТОР: Артем Фляжников 

ФОТО: Сергей Лаврусенко 

persona.top

Leave a Comment